ДИНАСТИЯ | АФИША | КНИГИ | СТАТЬИ | МУЗЫКА | Радио BBC | ФОТО И ПРЕССА | СЛУЧАИ ИЗ ЖИЗНИ | INFO | E-MAIL

Александр Майкапар 

Статья одиннадцатая
Святой Франциск Ассизский
(Ок. 1181 - 1226)

  ЖИЗНЕОПИСАНИЕ

  Св. Франциск Ассизский, покровитель Италии, один из самых популярных и почитаемых святых в христианском мире. 
  Точная дата рождения Франциска не известна. Считается, что это произошло приблизительно в 1181 – 1182 году. Его отец, по имени Бернардоне, успешно торговал сукном и был зажиточным купцом. Имя сыну он дал в память о Франции, куда он по делам своей торговли часто ездил. Франциск знал песни французских трубадуров и в юности распевал их по-французски. В этот период своей жизни Франциск вел весьма легкомысленный образ жизни, и казалось, ничто не предвещало его преображения. При этом он всегда был щедр по отношению к нищим. Паломничество в Рим открыло ему путь к осознанию себя последователем Христа и апостолов. Тогда же ему открылся более глубокий духовный смысл нищенствования. Теперь духовным идеалом Франциска стало «нищее житие». 
  Новый импульс в духовном преображении Франциска придало его общение с прокаженными и уход за ними в лепрозории. Сам Франциск именно этот опыт считал началом своего покаяния. Позже, в своем Завещании, он писал: «Господь дал мне, брату Франциску, начать мое покаяние так: когда я жил в грехах, слишком горько было для меня видеть прокаженных; но Господь Сам привел меня к ним, и я им служил. И когда я уходил от них, то, что казалось мне горьким, стало сладостью для души моей и тела. И после того я недолго медлил и оставил мир». Уход в монашество привел Франциска к разрыву с отцом: он отказался не только от отцовского наследия, но даже от одежды, которая была на нем (см. ниже: ЭПИЗОДЫ ИЗ ЖИЗНИ ФРАНЦИСКА АССИЗСКОГО). 
  Вокруг Франциска собирается круг его последователей. Он пишет Устав монашеского ордена (так называемый Устав, не утвержденный буллой), который он пытается учредить. В конце концов, после нескольких попыток учредить орден, и получения устных одобрений со сторон папы Иннокентия III, в 1220 году следующий папа, Гонорий III, издает буллу с подтверждением права учреждения ордена францисканцев. 
  Франциск много путешествовал с целью распространения своих идеалов духовной жизни. Порой он и его братия подвергались опасности, как это случилось, например, в Марокко, когда пять монахов-францисканцев, отправившихся туда, погибли от рук мусульман. Сам Франциск чуть не погиб, когда, оказавшись в Египте (с войском крестоносцев), попытался обратить в христианство местного султана. 
  С ростом численности ордена возникали – еще при жизни самого Франциска - внутренние разногласия, особенно, когда сам Франциск отправлялся в свои миссионерские путешествия. Франциску суждено было пережить глубокую личную драму: он стал свидетелем того, как христолюбивое странствующее братство на его глазах превращалось в оседлый францисканский орден со строгой иерархией. Сам Франциск отказался быть «министром» (так именовалась должность главы ордена). В последние годы жизни Франциск не одобрял господствовавшего в ордене направления, но связанный обетом послушания, не восставал против него. 
  Умер Франциск Ассизский 3 октября 1226 года. Всего два года спустя он был канонизирован папой Григорием IX.

  ЛИТЕРАТУРНЫЕ ИСТОЧНИКИ ДЛЯ ИКОНОГРАФИИ СВ. ФРАНЦИСКА АССИЗСКОГО

  Сочинения св. Франциска Ассизского 
Здесь мы приводим лишь те литературные произведения св. Франциска Ассизского, которые имеют значение для его иконографии. 
Regula non bullata (Устав, не утвержденный буллой). 1221. 
Regula bullata (Устав, утвержденный буллой).1223. 
  Легенда (Житие)
 
В эпоху Средневековья термин «легенда» означал «книгу, которую следует читать». Эта формула означала, что эпизоды биографии святого имеют назидательный смысл, который и должен уразуметь читатель. 
  С точки зрения иконографии св. Франциск Ассизский представляет собой явление уникальное. Мы имеем, по крайней мере, четыре его биографии, написанные его современниками в течение первых четырех десятилетий после его смерти. 

  Фома Челанский. «Первое житие» («Vita Prima»). (1228 - 1229) [далее: Челано I].
  Агиография св. Франциска стала складываться, когда началась подготовка к канонизации св. Франциска, которая состоялась 16 июля 1228 года, то есть через два года после его кончины. Канонизация требовала создания официального жития святого. По поручению папы Григория IX сбор материала о Франциске взял на себя брат (фра) Фома Челанский. Труд, вышедший из-под его пера и представленный на одобрение папы, появился в первые месяцы 1229 года. Он вошел в историю как «Vita Prima» («Первое житие»). Судьба этого документа оказалась печальной. Эта легенда была в ходу до появления заново составленного Фомой более полного жития Франциска, после чего эта первое житие было уничтожено. Его список был найден уже во второй половине XVIII века учеными из кружка болландистов (по имени И. Болланда, ученого-иезуита, предпринявшего попытку издания всех известных тогда житий святых). Он был впервые опубликован лишь в 1768 году. 

  Фома Челанский. «Второе житие» («Vita Secunda»). (1246 - 1247) [далее: Челано II]. 
  «Первое житие» оказалось неполным, и в 1244 году на капитуле, проходившем в Генуе, генерал Ордена Крешенций из Иессы предложил всем, кто имел сведения о св. Франциске, записать их и передать ему. Полученные таким образом материалы были переданы затем все тому же Фоме Челанском, который к тому времени стал официальным историографом Францисканского ордена и на основании этих собранных материалов он написал новую расширенную биографию св. Франциска, которая была обнародована в двадцатую годовщину смерти святого. При этом «Первое житие» должно было быть уничтожено 

  Фома Челанский. «Трактат о чудесах» («Tractatus de miraculis»). (1252 - 1253) [далее: III Челано].
 
Этот трактат был написан с целью прославления того духовного движения, которое было рождено деяниями св. Франциска. К этому времени стали достойны восхваления деяния двух Францисканских орденов - мужского и женского (Св. Клары). Трактат дошел до нас в одном единственном манускрипте (ок. 1300 г.) и впервые был опубликован в 1899 году болландистом Ф. ван Ортруа. На иконографию св. Франциска этот трактат влияния не оказал.

  Бонавентура из Баньореджо. «Большая легенда» («Legenda major»). (1263) [далее: Бонавентура]. 
 
В 1260 году на Генеральном Капитуле в Нарбонне было принято решение составить новое жизнеописание св. Франциска. Этот труд взял на себя св. Бонавентура. "Большая легенда" является пространным житием, тогда как «Малая легенда» (сокращенное житие) предназначалась для чтения на литургии. Свой труд св. Бонавентура представил уже через три года Генеральному Капитулу в Пизе (1263). На нем это житие было одобрено в качестве официальной биографии святого. В 1266 году на Генеральном Капитуле в Париже было принято решение считать «Большую легенду» официальным житием св. Франциска. Все другие более ранние его жития аннулировались, то есть были уничтожены. Этим решением объясняется печальная судьба обоих «Житий» - Vita Prima и Vita Secunda - Фомы Челанского (правда, собранный Фомой материал полностью вошел в жизнеописание св. Бонавентуры). Будучи официально признанной Церковью биографией святого, «Большая легенда» сохранилась во множестве списков. Именно «Большая легенда» стала основной литературной программой для изображений как самого святого, так и большинства сцен из его жизни.

  Другие источники
  «Легенда трех товарищей [спутников]» («Legenda trium sociorum»). 
 
Это самая значительная из неофициальных биографий Франциска. Свое название он получила потому, что ее авторство приписывалось братьям (монахам) Льву, Руфину и Ангелу. Здесь наиболее полное выражение нашла идея уподобления Франциска Христу. 
  «Цветочки св. Франциска» («Fioretti di san Francesco»). (Последняя четверть XIV столетия). 
Это произведение близко подходит к статусу авторского, хотя оно было составлено более чем через сто лет после смерти святого. Оно представляет собой перевод с латинского на итальянский язык Actus beati Francisci et socuiorum eius (ок. 1327 - 1340). Его составителем был, как предполагают исследователи, Уголино из Монтеджорджо. Многие эпизоды из живописных циклов о Франциске заимствованы из этого источника. 

  ИЗОБРАЖЕНИЯ СВ. ФРАНЦИСКА АССИЗСКОГО

  Уже при жизни Франциск почитался как святой. Сразу после его смерти легенды и сказания о нем умножились. Порой они «конструировались» по типу библейских, и тогда Франциск изображался высекающим воду из скалы (подобно Моисею) или являющимся на небе в огненной колеснице (как Илия). Но самым важным – в частности, для иконографии Франциска – было его уподобление Христу.
  Обстоятельства жизни Франциска – во всяком случае, в биографических повествованиях о нем – формировались по принципу: Франциск Ассизский - второй Иисус Христос (второй сын Божий). Этот взгляд на Франциска особенно распространился к XV столетию, и тогда появились рассказы о том, что Франциск родился в хлеву между ослом и волом, что в своем служении он превратил воду в вино, что у него было двенадцать учеников (как апостолов Христа), и, подобно тому, как Иоанн был «возлюбленным» для Христа, Лев был ближайшим для Франциска. Раны распятого Христа чудесным образом проявились на теле Франциска (стигматы). Бонавентура в прологе своего «Жития» пишет: «Он в нерушимое свидетельство истины запечатлен был знаком уподобления Богу живому, сораспялся Христу, и знак это проступил на его теле не силой природы и не благодаря искусству, но по внушающей изумление воле Духа Бога живого». 
  В народных песнопениях, так называемых «лаудах», говорится:

Хвала святому Франциску,
Который, подобно Искупителю,
Явился распятым на кресте.

  Все это нашло отражение в живописи. Появившись в Италии, изображения Франциска к концу Средневековья распространилась во всем христианском мире. С хронологической точки зрения интересно было бы проследить, как менялась иконография Франциска, когда Легенды Фомы Челанского были заменены «Большой легендой» Бонавентуры в качестве официальной биографии святого. 

  Типы

  О внешнем облике Франциска говорится, например, в «Послании брата Илии»: «При жизни вид его был убог, и не было красоты в лице его; не осталось в нем места не уязвленного (эта характеристика - аллюзия на описание Бога в книге Исаии, 53: 2 – 5. – А. М.). Члены его были жестки из-за стяжения жил, как бывает у мертвых». 
  Франциск, как свидетельствуют источники, был ниже среднего роста, болезненный физически. У него было живое приветливое лицо, глаза маленькие, но очень яркие, волосы темно-коричневые. Голос у него был мягкий, но сильный. На первых изображениях он предстает с бородой (негустой). В его облике не было ничего величественного, он обладал мягкими манерами, и все это вместе делало его очень привлекательным.
  Франциск изображался с тонзурой (выбритое место на макушке головы у католических духовных лиц). Объясняется это тем, что папа Иннокентий III сделал Франциска клириком, то есть принял его с братией на службу Церкви, взяв с Франциска клятву послушания папе. 
Что касается бороды, то известны изображения св. Франциска и без нее. Примечательно, что два варианта изображения св. Франциска Ассизского – с бородой и с выбритым лицом - встречаются даже у одного и того же художника, например, у Джотто. Так, в цикле Джотто «Сцены жития св. Франциска» в Ассизи (если согласиться с его авторством; но это одна из нерешенных проблем мирового искусствоведения) Франциск предстает с бородой, в то время как в цикле в капелле Барди (Флоренция. Церковь Санта Кроче) он без бороды. Совершенно очевидно, что такое «разночтение» должно было иметь определенные основания.   Действительно, бритым Франциска изображали в тех случаях, когда заказы на его образ исходили от так называемых конвентуалов. Это было крыло францисканцев, члены которого уже тогда пытались по-своему сформировать образ самого популярного святого. И это касалось не только обета бедности, но даже физического облика святого. В то время в гражданском обществе было принято тщательно бриться, небритых же рассматривали как представителей «низшего разряда». Конвентуалы стремились к более тесным контактам со светским обществом и властями и потому брили бороды. 

  Бонавентура Берлингьери

1. Св. Франциск с шестью сценами из его жития. 1235. Пешиа Церковь Сан Франческо.

2. Св. Франциск со сценами из его жития. 1235. Флоренция. Церковь Санта Кроче. Капелла Барди.

  Оба эти алтарные образа одни из самых ранних – они были созданы всего через девять лет после смерти святого и семь лет спустя после его канонизации. Они оказали сильное влияние на всю последующую иконографию св. Франциска Ассизского, утвердив все его основные атрибуты. 
  Св. Франциск помещен в центре картины, в то место, которое обычно оставляют для Христа или Девы Марии. Отождествление с Христом специально подчеркнуто благодаря благословляющему жесту. Уже на этих картинах святой предстает в своем ставшем традиционным облачении – францисканской рясе, подвязанной трехузельной веревкой в качестве пояса (подробнее см. ниже - АТРИБУТЫ). 654

  Чимабуэ (1240 - 1302)

1. Мадонна с ангелами и Франциском Ассизским. Ассизи. Церковь Сан Франческо. 

2. Мадонна и Младенцем на троне с двумя ангелами и св. Франциском и св. Домиником. Флоренция. Галерея Питти. 

  В обоих этих образах Мадонна с Младенцем предстает в иконографическом типе Маэста - в самом торжественном облике. Потому присутствие св. Франциска непосредственно у трона Мадонны есть признание исключительности его места. 

  АТРИБУТЫ

  Стигматы – пять ран, соответствующие ранам распятого Христа, полученные Франциском в экстазе в момент видения ему распятого на кресте Спасителя. Художники часто изображали лучи, идущие от ран Христа к соответствующим ранам Франциска, чтобы подчеркнуть, что природа Франциска аналогична природе Христа. 
  Ряса (коричневая или серая) монаха францисканского ордена.
  Пояс в виде веревки с тремя узлами, символизирующими три религиозных обета – бедности, целомудрия и послушания. 
  Крест, символизирующий, страстное желание Франциска следовать путем распятого Христа. 
  Книга – символ литературной деятельности Франциска, в частности, его авторство Устава францисканского ордена. 
  Лилия - символ целомудрия. 
  Череп (чаще в искусстве Контрреформации).
  Птицы, которых он одушевлял (как и других животных) и которым он проповедовал.
  Бедность («госпожа Бедность», как ее принято называть) – аллегорическая фигура, с которой Франциск «обручился».

  Надписи, встречающиеся в изображениях св. Франциска Ассизского 

Si vis perfectus esse, vade, vendre omnia quae habes et da pauperibus («Если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим». - Мф.19: 21; цитируется Франиском в Regula non bullata, Cap. I [Устав, не утвержденный буллой, Гл. I]).
Quis vult venire post me, abneget semetipsum et tollat crucem («Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой» - Мф. 16:24; цитируется Франиском в Regula non bullata, Cap. I [Устав, не утвержденный буллой, Гл. I]).
Ego stigmata Domini Jesu in corpore meo porto («Я ношу язвы Господа Иисуса на теле моем» - Гал. 6:17; часто цитируется в ранних житиях святого и других материалах, касающихся его жизни: Послание брата Илии, 22; I Челано, 113; Бонавентура, XIII, 9; Из чудес, совершенных им [св. Франциском. - А.М.] после смерти, X, 9).
Fratres mihi absit gloriari nisi in cruce («Я не желаю хвалиться, разве только крестом» - Гал.6:14; Бонавентура, Из чудес совершенных им [св. Франциском. - А.М.] после смерти, X, 9).
Regula et vita Minorum Fratrum haec est, scilicet Domini nostri Jesu Christi («Устав и жизнь Братьев Меньших таковы: соблюдать святое Евангелие Господа нашего Иисуса Христа" - Regula bullata, Cap. I [Устав, утвержденный буллой, Гл. I]). 
Pax huic domui («Мир дому сему») (Лк.10:5; цитируется: Устав, не утвержденный буллой, 15: 2).
Spiritus Domini super me («Дух Господень на Мне») (Лк.4:18-19).

  МОЛИТВЕННЫЕ ОБРАЗЫ

  Неизвестный мастер XIII столетия. Св. Франциск Ассизский. 1220-е годы (до 1224). Субиако. Бенедиктинский монастырь.

  Эта фреска имеет огромное значение, поскольку это самое раннее изображение святого. Ее обычно датируют приблизительно 1228 годом - на том основании, что Франциск изображен здесь еще без нимба (после канонизации в 1228 году он уже всегда изображался с нимбом). Считается, что эта фреска была написана в ознаменование десятилетней годовщины пребывания Франциска в Субиако (1218). Возможно, однако, еще одно уточнение: эта фреска должна была быть исполнена даже еще раньше - до 1224 года: именно в этом году Франциск сподобился стигмат, и с этого момента всегда изображался с ними. 

  Джотто. Св. Франциск и св. Клара. Ассизи. Верхняя церковь. 

  Эта фреска демонстрирует классический иконографический тип изображений (со всеми главными атрибутами) основателей двух – мужского и женского - францисканских орденов.

  Джотто. Триумф св. Франциска Ассизского (Франциск Ассизский во Славе). 

  На сей раз сам св. Франциск (а не Мадонна с Младенцем) предстает на троне в окружении ликующих ангелов в преображенном виде своего небесного бытия (царственное облачение, вместо рясы «босоного беднячка») – в иконографическом типе Маэста. 

 

СЦЕНЫ ИЗ ЖИЗНИ СВ. ФРАНЦИСКА АССИЗСКОГО

  Циклы сцен

  Джотто. Сцены из жизни св. Франциска Ассизского. 1290-е годы. Ассизи, Верхняя церковь Сан Франческо. (Далее: Джотто. Ассизи. Верхняя церковь).

  Это был[1] первый и самый обстоятельный цикл изображений св. Франциска.[1] прим.: Невозможно без горечи и глубочайшего сожаления говорить о том, что эту святыню христианского мира и европейской цивилизации постигла трагедия – она была разрушена землетрясением, произошедшим осенью 1997 года: утром 17 сентября от подземного толчка рухнули парса сводов с бесценными фресками, похоронив под своей массой двух монахов-францисканцев и двух сотрудников комитета. Франисанс и цикл Джотто превращен в пыль, к тому же много раз перекопанную в поисках погребенных под руинами людей. Он был исполнен для первой церкви, поставленной в его честь. Ее строительство началось сразу после канонизации святого в 1228 году и завершилось в 1253 году. Это главная святыня Францисканского ордена. 
  До сих пор не утихают научные споры о том, принадлежит ли этот цикл Джотто или нет. Большинство итальянских искусствоведов продолжают утверждать, что его автор Джотто, тогда как иностранные искусствоведы склонны приписывать его безымянному художнику из окружения Джотто, именуя его Мастером (Легенды) св. Франциска. Нас в данном случае интересуют не атрибуционные вопросы, а иконографические. 
  Живописный декор Верхней церкви Сан Франческо в Ассизи создавался в 70 - 90 годы XIII века. Он объединен программой, отражающей главные идеи францисканства, а в том, что касается личности основателя ордена, этот живописный декор отражает идею сопоставления Франциска с Христом. Цикл состоял из двадцати восьми больших композиций на стенах продольного нефа базилики Сан Франческо. Сюжетной основой цикла является «Большая легенда» св. Бонавентуры, названия глав которой были подписаны под соответствующими фресками. 

  Джотто. Сцены из жизни св. Франциска Ассизского. После 1317. Флоренция. Церковь Санта Кроче. Капелла Барди. (Далее: Джотто. Капелла Барди).

  Пространство капеллы, более ограничено, чем площади стен церкви Сан Франческо в Ассизи, и потому художник мог проиллюстрировать меньшее количество эпизодов из жизни Франциска. 
Судьба эти фресок менее трагична, чем полностью разрушенного Ассизского цикла, но все же весьма печальна. Они были полностью забелены в эпоху Барокко. Когда же в 1852 году они были открыты, оказалось, что значительные их части полностью утрачены. Тогда было решено переписать то, что было потеряно. В конце 50-х годов XX века фрески вновь были отреставрированы, запись предыдущих реставраторов была удалена. Теперь фрески предстают со значительными лакунами, что затрудняет их восприятие как художественного целого. 

  Беноццо Гоццоли. Сцены из жизни св. Франциска Ассизского. 1452. Монтефалько. Церковь Сан Франческо. (Далее: Гоццоли).

  Гоццоли, безусловно, знал знаменитый цикл Джотто в Верхней церкви в Ассизи. Об этом свидетельствуют многие совпадения в композиции ряда сцен. Но также очевидно, что во многом он шел своим путем. Отбор сцен в этом цикле отличается от того набора, который у Джотто и который к тому времени стал уже традиционным. Гоццоли ограничивает свой выбор только сценами из жизни святого - от его рождения до смети; он опускает посмертные явления Франциска и не показывает совершенных им при этом чудес. Художник также отходит от хронологической последовательности событий, как они изложены в «Большой легенде» св. Бонавентуры, и создает свою последовательность эпизодов. 
  Этот цикл, довольно хорошо сохранившийся, заключает в себе 19 эпизодов из жизни святого, занимающих 12 картин и, к сожалению, утраченный витраж. Что касается картин, то следует иметь в виду, что в некоторых случаях на одной картине помещено несколько, следующих друг за другом, эпизодов. 
  Кроме биографических сцен, интерес в этом цикле представляют 23 медальона с изображениями двадцати деятелей францисканского ордена и трех знаменитых флорентинцев - Данте, Джотто и Петрарки. 

  Доменико Гирландайо. Сцены из жизни св. Франциска. (1482 - 1486). Флоренция. Церковь Санта Тринита. Капелла Сассетти. (Далее: Гирландайо).

  Вазари так характеризует этот цикл Гирландайо: «Он для Франческо Сассетти в церкви Санта Тринита расписал капеллу историями из жития св. Франциска, чудесно написанными и выполненными изящно, чисто и с любовью». 

 

  ЭПИЗОДЫ ИЗ ЖИЗНИ СВ. ФРАНЦИСКА АССИЗСКОГО

  Рождение св. Франциска
  «Франциск явился на свет в Ассизи, в долине Сполетто. Он родился в отсутствие отца, и мать дала ему имя Иоанн». («Легенда трех спутников», 1: 2).
  Гоццоли. 

  Гоццоли объединил на одном живописном пространстве три сцены: Пророчество паломника о рождении Франциска (в центре композиции), Рождение св. Франциска (слева) и Юродивый предсказывает св. Франциску его грядущую славу (справа). 
  Используя разный масштаб фигур, художник создает различные временные уровни. Хронологически первым является эпизод пророчества. Мать Франциска стоит на верхней ступени лестницы, жест ее рук выражает нежелание впускать в дом странника (так мы его идентифицируем по характерным атрибутам странников - посоху и суме). Важность этого события художник очень тонко подчеркивает тем, что строит композицию таким образом, что перспективные линии пола и потолка сходятся именно на руках матери. Странник, явившийся в дом Франциска - святой (он с нимбом). Эту центральную сцену трудно объяснить, поскольку официальные жития - Фомы Челанского и Бонавентуры – ничего не говорят о подобном эпизоде в жизни Франциска. Объяснение дает латинская подпись к этому сюжету: QUALITER B. F. FUIT DENU(N)TIATUS A XRO I(N) FORMA PEREGRINI QUOD DEBEBAT NASCI SICUT IPS(E) IN STAB(U)LO QUALIT(ER) QUIDA(M) FATUU(S) P(RO)STE(R)NEBAT B. F. VESTIME(N)TU(M) IN VIA («[То,] как возвещен был св. Франциск Христом в образе пилигрима, и что ему, подобно самому Христу, надлежит родиться в хлеву, и как некий юродивый расстелил свои одежды на пути св. Франциска»). Так мы понимаем, что святой странник, явившийся к дому Франциска, это сам Христос. 
  Слева внутри дома изображена сцена собственно рождения Франциска, которую в виду ее преднамеренного сходства с иконографическим типом Рождества Христова следовало бы именовать так же - Рождество Франциска. 
Примечательно, что в этой иконографии «читается» также аллюзия на Рождение Иоанна Крестителя. Фома Челанский во «Втором житии» пишет: «Раб и друг Всевышнего, Франциск был назван так божественным Провидением, дабы благодаря необычности и новизне имени легче распространялась по всему миру слава о его призвании. Мать нарекла его Иоанном, когда, родясь от воды и Святого Духа, из сына гнева он стал сыном благодати (…)   Действительно, она [мать Франциска. - А. М.] была милостиво отмечена некоторым сходством с древней святой Елизаветой, как в имени, данном сыну, так и в пророческом даре. (…) Итак, имя Иоанн подобает его дальнейшей деятельности, имя же Франциск - его славе, быстро распространившейся повсюду после его полного обращения к Богу» (2Чел. Ч. 1, 1: 3). 
Из старых источников только «Vita e Fioretti» («Жизнь и цветочки»), легенда, датируемая XIV веком, не включенная в официальный канон легенд о Франциске, повествует о его рождении в хлеву. В силу своей апокрифичности эта сцена, редко встречающаяся в живописи, не была включена в цикл в Ассизи. 

  Юродивый предсказывает св. Франциску его грядущую славу 
  «И было так, что некий житель Ассизи, человек простой, но, как все полагают, умудренный Богом, как-то раз проходя по городу и повстречав Франциска, снял с себя плащ и постелил свою одежду у него ног, показывая тем самым, что Франциск со временем удостоится всех знаков почтения, поскольку ему предстоит совершить великое дело, за которое он и будет превыше многих почитаем всем христианским миром». (Бонавентура, 1: 1).

  Джотто. Ассизи.

  Чтобы полнее понять смысл этой сцены, необходимо осознать, что в действиях «некоего жителя Ассизи», простого, но «умудренного Богом», заключена аллюзия на евангельский эпизод, а именно, на рассказ Луки о входе Иисуса в Иерусалим: «И когда он ехал (на осле. - А. М.), (люди) постилали одежды свои по дороге» (Лк. 9: 36). Таков был (и до сих пор еще существует) обычай на Востоке демонстрировать свое уважение и преклонение. Через эту аллюзию Бонавентура, а вслед за ним и художник, уподобляют Франциска Иисусу Христу. Примечательно, что Христос удостоился такой чести в конце своего земного пути, тогда как Франциск - в начале. 
  Хотя в ходе повествования этот эпизод находится в начале цикла, написан он был, вероятно, последним. Об этом свидетельствует стиль живописи, весьма отличающийся от стиля более ранних эпизодов цикла.
  В цикле Гоццоли этот эпизод из жизни молодого Франциска включен в первую сцену(см. предыдущий сюжет). Франциск идет по улице в сопровождении мальчика. Примечательно, что притом, что на сей раз фигуры дальше, чем те, что на ступенях дома, они с точки зрения пропорций изображены большего размера. На переднем плане юродивый расстилает одежды перед Франциском. Однако весьма примечательно, что его взгляд устремлен не на изящно одетого молодого человека, а на окно в доме, где находится новорожденный младенец, этот «Второй Христос». 

  Франциск отдает свой плащ некогда богатому, а теперь бедному воину

  «И когда восстановились его силы, и он вышел, по обычаю надев красивую новую одежду, ему повстречался некий воин, прежде прославленный, а теперь обнищавший и бедно одетый, и он был поражен пылким состраданием к нищете этого человека и тут же, разоблачившись, отдал ему свою одежду, тем самым в одно мгновение исполнив две обязанности милосердия: прикрыл позор достойного воина и облегчил нужду бедного человека». (Бонавентура, I, 2).

  Джотто. Ассизи. 

  Примечательное толкование дает этой истории Фома Челанский: «Может быть, его поступок был менее значительным, чем у святого Мартина? Равными были их поступки и великодушие, лишь образ действий был различным: Франциск отдает свою одежду с самого начала, Мартин же отдает ее под конец, уже отказавшись от всего. Оба они жили бедными и смиренными в этом мире и богатыми взошли на небо. Один, будучи рыцарем, но бедным, покрыл бедного частью своей одежды; другой, не рыцарь, но богатый, одел бедного рыцаря в свою одежду. Оба они, выполнив заповедь Христову, удостоились видения Христа, одного похвалившего за достигнутое совершенство, другого же с величайшей милостью призвавшего восполнить в себе то, чего ему еще не доставало». (2 Чел. 5).

  Гоццоли сделал этот сюжет (слева) прелюдией к последовавшему затем явлению Христа Франциску (см. следующий сюжет).

  Сон о дворце 

  «В ту же ночь, погрузившись в сон, он по милости Божией увидел  огромный и пышный дворец с множеством воинского оружия,  украшенного знаком креста Христова,  и так было ему предуказанно, что милосердие, которое он во имя любви к Вышнему Царю оказал бедному солдату, будет оплачено ни с чем не сравнимой наградой. Он стал спрашивать во сне, чей это дворец и откуда он взялся, и услышал ответ и подтверждение свыше, что все это будет принадлежать ему и его воинству». (Бонавентура, I, 3).
  Примечательно, что здесь нет одной детали, о которой говорит Фома Челанский: «Действительно, вскоре после этого ему является в видении великолепный дворец, в котором он находит всевозможное оружие и  прекраснейшую невесту».  (II Челано, 6).

  Джотто. Ассизи.

  Джотто трактуют слова «по милости Божией» в прямом, если не сказать прямолинейном смысле, то есть, в качестве явного присутствия Христа (мы идентифицируем его так о крестообразному нимбу) у посели спящего Франциска. Такая трактовка еще больше сближает этот эпизод из жития св. Франциска (святого покровителя Италии) с аналогичным эпизодом из жития св. Мартина Турского (святого покровителя Франции; напомним о происхождении имени Франциска). 

  Гоццоли

  Здесь события разворачиваются в традиционной последовательности – слева направо. В сцене слева Франциск отдает свой плащ бедному воину. По тому, как Гоццоли изображает обоих участников, трудно составить представление, будто их материальное положение различно. Объяснить такое столь нетрадиционное изображение «бедного воина» можно, вероятно, тем, что Франциск не ограничивался одним лишь сочувствием, а весьма деятельно помогал. 
  Здание (идеальное), изображенное в центре композиции – родительский дом Франциска. Мы так его определяем по орнаменту из виноградных листьев на фризе – он тот же, что и в сцене рождения Франциска. Франциск спит в постели. В облаке ему является Христос. Внешнее сходство Христа и Франциска явно преднамеренное. Особенно оно очевидно, если сравнить Христа в облаке с Франциском на коне. Идея уподобления Франциска Христу проводится всеми возможными (и невозможными) способами. Христос взирает на спящего и указывает направо на здание, богато украшенное гербами и белыми флагами с красными крестами – символом Воскресения Христа. Это здание - тот самый дворец, который Христос обещал Франциску. Подпись к фреске гласит: QUAL(ITER) B. F. DEDIT VESTIMENTUM SUU(M) CUIDA(M) PAU(PER)I MILITI NOCTE VERO SEQUE(N)TI OSTE(N)DIT SIBI XPS MAGNU(M) PALATIU(M) ARMIS MILITARIBUS CUM CRUCIBUS INSIGNITIUM («Как св. Франциск отдал свой плащ бедному воину, и [как] Христос в следующую ночь показал ему большой дворец, украшенный гербами и крестами»). 

  Распятие из Сан Дамиано 

  «И вот однажды он  вышел в поле поразмыслить  и в размышлениях своих дошел до церкви святого Дамиана, обветшавшей и почти развалившейся от крайней старости, и вошел в нее, воспламенившись духом, для молитвы, и  когда он распростерся перед образом Христа, дух его получил в  молитве немалое облегчение. Глазами, полными слез, взирал он  на крест Господень, и тогда с креста раздался голос, трижды провозгласивший (а он внимал эти словам телесным ухом): «Ступай, Франциск, отстрой дом мой, - ты видишь, он почти разрушился!» Кроме Франциска, в церкви в тот час никого не было, он  содрогнулся и замер,  и когда он постиг сердцем, что внимал самому Христу, он лишился памяти и упал без чувств». (Бонавентура, II, 1).

  Джотто. Ассизи.

  Одна деталь требует того, чтобы быть специально отмеченной: обращение Христа к Франциску с креста передано художником посредством остроумного художественного решения - распятие слегка наклонено в сторону Франциска. То, что это именно художественный прием, доказывается тем, что при другом «общении» святого с Христом – в сцене стигматизации (см. СТИГМАТИЗАЦИЯ СВ. ФРАНЦИСКА в нашем следующем очерке) – Джотто изображает распятие в таком же наклоне (причем, всякий раз, когда обращается к этому сюжету). 
  В цикле Гоццоли этот сюжет был помещен на витраже, который, к сожалению, не сохранился. 
Св. Франциск отказывается от имущества.
  «Уже отобрав у него деньги, все-таки попытался отец, родивший сына по плоти, отвести его на суд  к епископу этого города, чтобы под рукой епископа он объявил, как поступил он с отцовским достатком и чтобы возвратил все, что захватил. Истинный же последователь бедности с готовностью согласился на это испытание и,  представ перед епископом, не потерпел никакой задержки, и сам ни в чем не промедлил, не ожидал ни слова епископа, ни его знака, но тут же снял с себя все одежды и передал их отцу.   И все увидели, что под тонкими одеждами муж Божий носил на нагом теле власяницу. И тогда, опьяненный небывалой отвагой и пылким духом, он сорвал с себя даже подштанники и предстал перед всеми обнаженный, сказав отцу так: «До сих пор я звал тебя отцом на земле, теперь же я могу с уверенностью говорить:  Отче наш, сущий на небесах!» [Мф. 6: 9], ибо Ему я вверяю все мои сокровища и на него возлагаю все надежды». Епископ, увидев это и восхитившись все превосходящим усердием человека Божия, поднялся ему навстречу и с рыданием заключил его в свои объятия, распознав в нем мужа доброго и благочестивого.  Он прикрыл его наготу своим плащом  и велел слугам принести для Франциска что-нибудь, чем он мог бы одеть свое тело, и они принесли ему дешевый и плохонький плащ, принадлежавший какому-то земледельцу из числа услуживших епископу, и Франциск принял его с радостью, и, прежде чем надеть, осенил его знаком креста, превратив это одеяние в покров для распятого человека и для нагого бедняка». (Бонавентура, II, 4). 

  Джотто. Ассизи.

  Джотто. Капелла Барди.

  Иллюстрируя этот эпизод в цикле сцен в Капелле Барди, Джотто следует рассказу первого жития Фомы Челанского, а не Бонавентуры. У Фомы Челанского, в частности, говорится: «Епископ, вполне распознав его душу, чрезвычайно изумившись пылу его любви и постоянству, вскочил со своего кресла и принял его в распростертые объятия, укрыв его той мантией, которая  была на нем самом надета» (I Челано, 15). Подчеркнутая нами деталь весьма важна: епископ берет Франциска под свое покровительство, укрывая его своей мантией - так, как это делает Мадонна Милосердие. 

  Гирландайо

  У Гирландайо цикл сцен из жизни Франциска начинается с именно этого эпизода. Примечательно, что он выбран в качестве сюжета для капеллы, в которой по замыслу Франческо Сассетти, богатого флорентийского банкира, должны были впоследствии покоиться его останки. Но если вспомнить, что заказчиком флорентийских росписей Джотто был тоже банкир - Барди, то станет очевидным, что мысль о бедности возникала у итальянских банкиров перед лицом смерти, когда приходило время задуматься о месте своего будущего упокоения (потому и строились погребальные капеллы). 
  Можно с уверенностью утверждать, что Гирландайо знал, как интерпретировал эту сцену Джотто, поскольку он воспользовался его композиционной схемой, причем, действия персонажей также заимствованы им из этих ранних образцов, в частности, изображение разгневанного отца Франциска и того, как его негодование усмиряют сородичи. 
Примечателен задний план сцены: считается, что здесь изображен вид Генуи. Объясняется это тем, что этот город был дорог Сассетти, поскольку он провел в нем десять лет, руководя, как мы сейчас сказали бы, филиалом банка Медичи. 

  Отказ от имущества, в сущности, явился тем самым моментом, когда Франциск окончательно решил следовать моральному принципу жизни в бедности и принял обет бедности. Художники интерпретировали этот момент как аллегорическое бракосочетание Франциска с Бедностью. По логике, этот сюжет должен следовать за Отказом от имущества. Однако, поскольку мы придерживаемся хронологической канвы Большой легенды Бонавентуры, где рассказу о любви Франциска к бедности предшествует ряд других эпизодов, мы проиллюстрируем эту историю позже, когда о ней будет сказано у Бонавентуры.

Продолжение следует - статья 12 ->

 Опубликовано в газете "ИСКУССТВО" издательского дома "Первое Сентября", 2004


Содержание: © А. Майкапар

WebDesign: © PG 2001-2005